Страницы истории евреев Финляндии

Еврейского вопроса в Финляндии не было до XIX века, потому что там не было евреев. До 1809 года Финляндия была провинцией Швеции, в которой евреям разрешалось жить только в четырех, собственно шведских, городах (Стокгольме, Гетеборге, Норчепинге и, позже, в Карлскруне), соответственно, жить в Финляндии евреи не могли, хотя нескольким семьям это удалось. 
Говорят, что первым евреем, обосновавшимся на финской почве, был Яаков Вейкам (позднее Вейканен). Он поселился в городе Хамина в 1782 году, к тому времени уже под российским управлением. Запрет на проживание евреев был отменен только после провозглашения независимости страны в 1918 году. Однако, в XIX веке в Финляндии появилась еврейская община, причем благодаря... императору Николаю I.
Дело в том, что при нем с 1827 года обязательная военная служба была распространена и на евреев Империи, а потому они, как солдаты российской армии, попадали в Финляндию. Поскольку служба тогда длилась двадцать пять лет, солдаты-евреи зачастую теряли все контакты со своими местами рождения и после увольнения из армии им не оставалось ничего другого, как селиться там, где проходили их последние годы службы, в данном случае — в Финляндии. Во избежание связанных с этим проблем в отношениях с имевшим широкую автономию Великим Княжеством Финляндским, император Александр II в 1858 году «высочайше утвердил» указ, по которому демобилизованным солдатам, имеющим соответствующие документы, а также их женам, детям и вдовам разрешалось селиться в Финляндии.
Поскольку указ не делал различия по вероисповеданию, то право жительства в Финляндии было предоставлено всем уволенным в запас, включая евреев, мусульман и других нехристиан. К этим солдатам прибавились необходимые для функционирования общины раввины, меламеды, моэли, а так же «выписанные» из местечек жены еврейских солдат и родившиеся у них дети. Когда в 1918 году по настоянию маршала Маннергейма независимая Финляндия обеспечила евреям равные права с финнами, небольшая часть евреев, бежавших от гражданской войны в России, пополнила общину, насчитывавшую в 20–40-х годах ХХ века около 2 000 человек.
Первый еврейский молитвенный дом был открыт в островной крепости Suomenlinna (по-шведски Sveaborg), недалеко от Хельсинки, в 1830 году. Первая синагога была открыта в 1870 году.
Первая еврейская школа функционировала в Хельсинки с 1893 по 1900 год. Существующая ныне еврейская общеобразовательная школа была основана в 1918 году. Евреи, переселившиеся в Финляндию в XIX-м столетии, говорили на идиш и русском. При поселении в Финляндии они выбирали в качестве своего местного языка шведский, соответственно, примыкали к шведоязычному сообществу. До 1932 года языком обучения в еврейской школе был шведский, но затем он был заменен финским.  Собственно говоря, евреи Финляндии двуязычны и в равной степени владеют финским и шведским.
К 1938 году в Финляндии проживало менее 2 тысяч евреев. Это была одна из самых маленьких еврейских общин в Европе. Доля евреев в населении Финляндии составляла 0,05%. Община была экономически крепкая и пользовалась определенным авторитетом. Как и везде в западном мире в этот период, давал о себе знать политический антисемитизм, однако в Финляндии он был распространен более в верхних, образованных классах общества. Со стороны простого народа евреи Финляндии антисемитизма не ощущали.
Во время зимней войны с Советским Союзом в 1939-1940 гг. и в 1941-1944 гг. в финскую армию было призвано 260 евреев, т.е. практически все военнообязанные, из которых на фронте сражались 200 человек, 15 из них погибло, что в процентном отношении (8% от всех призванных и почти 1% от всего еврейского населения Финляндии) сделало потери финских евреев наиболее заметными среди всех остальных этнических групп.
Участие Финляндии на стороне Германии в войне никак не повлияло на положение евреев.
Во-первых, де-юре Финляндия не являлась союзником Германии, так как ее отношения с Германией были вызваны чисто военной необходимостью, а не идеологией. Во-вторых, и правительство, и возглавлявший Высший совет обороны маршал фон Маннергейм сумели сохранить абсолютный суверенитет своей страны и ее демократическое устройство.
Так что положение евреев в стране не изменилось и в 1941 году: финские евреи служили в армии, еврейки — в женской вспомогательной организации «Лота». В 1942 году, однако, над финскими евреями нависла смертельная угроза: печально известный «протокол Ванзее» не делал исключения для Финляндии, тем более, что к осени 1942 года большинство евреев в соседней Норвегии было уничтожено. 
К счастью, в высших общественных кругах оказались два человека, влияние которых и спасло евреев Финляндии.
Первым был знаменитый врач и массажист д-р Феликс Керстен, известный в Европе как «Доктор золотые руки». Слава о золотых руках финского врача гремела по всей Европе, дошла она и до ушей Гиммлера, который обратился к нему в надежде излечиться от своих проблем. Дело в том, что рейхсфюрер СС (несмотря на пропагандистскую шумиху о его нордических характере и воле) был впечатлительным неврастеником, неустойчивая нервная система  которого служила причиной жесточайших спазмов желудка. Эти спазмы, возникавшие после малейшего нервного напряжения, выбивали Гиммлера из колеи на достаточно долгое время. Д-р Керстен своими методами рефлексотерапии сумел облегчить страдания рейхсфюрера, после чего Гиммлер сделал его своим личным врачом, а потом — даже конфидентом и исповедником. Именно д-р Керстен, сопровождая Гиммлера в Финляндию, посоветовал финскому руководству, как поступать с требованиями своего пациента относительно евреев, и продолжал советовать дальше, одновременно отвлекая внимание рейхсфюрера от Финляндии под предлогом заботы о его здоровье.
Другим человеком был маршал фон Маннергейм. Узнав о том, что финская тайная полиция депортировала восемь евреев в Германию, маршал «выразил резкое недовольство вышеупомянутыми действиями, подчеркнув, что соглашаться с подобным требованием немецкой стороны унизительно для государства». Его заявления стали решающим фактором в намерении правительства отказать требованиям немцев.
Окажись на месте руководства Финляндии менее стойкие люди, судьба евреев в стране сложилась бы печально, но ни Маннергейм, ни президент Рюти, ни премьер Рангелл на шантаж не поддались: на угрозы прекратить экспорт продовольствия Хельсинки пригрозил прекратить поставки финского никеля, жизненно необходимого для оборонной промышленности рейха, зная, благодаря д-ру Керстену, что Берлин пойдет на все, чтобы избежать этого, и тем самым выбили из рук Германии ее основной козырь.
Немцы все же продолжали настаивать на своем, но финны успешно использовали классические методы проволочек: в конце 1943 года президент Рюти заявил, что Финляндия согласна рассмотреть германские требования, но как демократическая страна не может решить этого вне парламента, повестка дня которого, однако, сверстана до конца года, и изменить которую нельзя, так как 6 декабря Сейм уходит на каникулы в честь Дня Независимости и Рождества, так что вопрос о включении германских требований в повестку дня будет рассмотрен только в 1944 году, но вносить его или нет — всецело зависит от парламентариев, которых куда больше заботит положение на фронте, где готовится наступление советских войск.
Примерно в таком же ключе проходили переговоры и в 1944 году до тех пор, пока наступление Красной Армии и последовавшие за этим перемирие и объявление Финляндией войны Германии не сделали их бессмысленными. Еврейская община Финляндии была спасена.
6 декабря 1944 года, в День Независимости, президент и маршал Финляндии барон фон Маннергейм посетил синагогу в Хельсинки, где почтил память еврейских солдат и офицеров, павших в боях за Финляндию. Семь лет спустя, в 1951 году, когда престарелый маршал скончался, еврейская община страны собрала большую сумму денег в Детский фонд Маннергейма как знак благодарности человеку, обеспечившему и защитившему их гражданские права и саму жизнь.
Маннергейм в своих весьма объемных (только их весьма сокращенный русский перевод представляет собой книгу в 500 страниц стандартного текста) мемуарах отвел ровно одну (!) страницу описанию своей роли в спасении евреев, т.е. в событии, на котором другие политики сумели бы нажить политический капитал на десятилетия вперед. Д-р Керстен, спасший около 60 тысяч евреев, в свою очередь, написал о рефлексотерапии куда больше, чем о своей роли в их спасении.
В финском плену во время войны оказалось около 70 тысяч советских военнопленных. Из них 20 тысяч умерло от голода и плохих условий содержания. По официальным финским данным, среди военнопленных были 478 евреев, из них умерли 93 – смертность оказалась меньше благодаря помощи финских евреев своим собратьям в плену. 
Одна из самых поразительных страниц в истории евреев Финляндии – это участие солдат и офицеров еврейской национальности в Войне-продолжении 1941–1944 годов, иначе говоря – на стороне Германии во Второй мировой войне. Финляндия подверглась зимой 1939-1940 годов года советской агрессии и сдала Советскому Союзу одну десятую своей территории, включая второй по значению город страны – Виипури. Таким образом, в войну, начатую Германией против СССР, Финляндия вступила на стороне Германии, надеясь с помощью последней возвратить утраченные области.
В финской армии многие евреи, получившие, как правило, лучшее образование, чем население в целом, нередко находились на руководящих позициях, служили врачами и т.п. В этом качестве они соприкасались с немцами больше, чем средний финский солдат. Не в последнюю очередь поэтому евреи-военнослужащие были осведомлены «из первых рук» о судьбе евреев в оккупированной Европе. 
Врачи евреи нередко лечили немцев. Известный врач майор Лео Скурник служил в 53-м полку в Кестеньге, а рядом располагалась эсэсовская часть. Полк попал в окружение и нес большие потери. Скурник вывозил раненых из окружения на реке Капустной в госпиталь, что требовало везти их девять километров по болоту. Он также выносил раненых эсэсовцев с нейтральной полосы. Всего при эвакуации с Капустной в августе — сентябре 1941 года Скурник спас 600 человек. В конце войны, уже в должности начальника медицинской службы полка, он успешно эвакуировал немецкий госпиталь. Немцы решили его наградить Железным крестом 2-й степени. Скурник отказался от награды в весьма резких выражениях, и возмущенные немцы потребовали выдать его на расправу. Доктора защитил генерал Силласвуо, сказавший немцам: «Что, я должен отдать вам моего лучшего врача?» Шолем Болотовский летом 1942 года служил переводчиком при 163-й дивизии вермахта, в секторе Масельга. Немцы спросили его, откуда он так хорошо знает немецкий язык. Болотовский ответил: «Стратегически важно знать язык врага, ведь я — еврей, а вы — немцы». Наутро он был уволен из переводчиков, но не наказан.
В 24-м пехотном полку, в районе Свири, где служили шведоязычные финны, было много евреев. Командир полка, католик, разрешил устроить полевую синагогу в одном километре от линии фронта, еще в километре слева располагалась немецкая часть. О синагоге стало известно и в других частях, где служили евреи; это был знак того, что финская армия лояльна к евреям. О полевой синагоге было напечатано в еврейских газетах страны. Немцы не пытались нанести вред синагоге. С другой стороны, финны не боялись «оскорбить» немцев. Это была единственная синагога на всей линии фронта длиной 3 500 километров от Эль-Аламейна и до Норвегии. Финский генеральный штаб позволял еврейским солдатам соблюдать субботы и праздники и даже отпускал их домой, чтобы отметить их с семьей. Многие солдаты прибывали в синагогу издалека, на лыжах, верхом и даже пешком. Немецкие солдаты наблюдали за этим, ощущая свою беспомощность. 
Важно отметить, что самой любимой певицей в Финляндии во время войны была еврейка, которая выступала перед финскими солдатами, но наотрез отказывалась выступать перед немецкими. 19 сентября Финляндия подписала перемирие со странами антигитлеровской коалиции. Война против СССР превратилась для Финляндии в войну против немецких войск, занимавших Лапландию. Переход страны в антинацистский лагерь ликвидировал моральную проблему, существовавшую у финских евреев. 
Чувство нечистой совести не покидало финских евреев после Второй мировой войны. Непропорционально много финских евреев — ветеранов Войны-продолжения приняли участие в Войне за независимость Израиля — 29 человек (для сравнения: лишь несколько шведских евреев отправилось воевать в Израиль в 1948 году). Впоследствии в Израиле ветераны Войны-продолжения скрывали свое участие в этой войне, не поддерживали контактов с евреями, пережившими Холокост, и не участвовали в церемониях памяти Холокоста, а порой и вообще сторонились центрально- и восточноевропейских евреев. С другой стороны, евреи, оставшиеся в Финляндии, с гордостью носили финские воинские награды и подчеркивали свое участие в войнах своей страны.
Численность евреев, являющихся членами двух еврейских конгрегаций Финляндии и проживающих в Финляндии на сегодняшний день, составляет менее 1 500 человек. Среди них — 200 российских евреев, недавно иммигрировавших из стран Содружества Независимых Государств.
 
По материалам  lechaim.ru